favorite

Исповедь бизнесмена, разыскиваемого Интерполом


Уехав из России, он начал новую жизнь.

Когда против его компании завели уголовное дело, он покинул Россию и с тех пор путешествовал. Вскоре его объявили в федеральный розыск, а затем к его поискам подключился Интерпол.

Герой попросил  не публиковать его имя («Кто надо и так поймут, о ком идёт речь»), но рассказал историю своего бегства: как работает правосудие, в каких странах проще осесть и приходится ли постоянно оборачиваться.

Бизнес по-русски

Шёл конец 2013 — начало 2014 года. Для праздничного затишья происходили слишком громкие события: я ехал в такси в Москве, в машине играло «Эхо Москвы», и первой новостью давали про освобождение Ходорковского, а второй — про меня. Я ехал, слушал и удивлялся.

Мы до последнего момента планировали разрулить проблемы внутри бизнеса с партнёрами, не вынося их в публичное поле, но не удалось. Посещали даже радикальные мысли о продаже компании: для меня всегда было важно, чтобы наши клиенты не пострадали, и я был готов много чем пожертвовать.

Когда всё вылезло в СМИ, да ещё и не будучи правдой, поднялся классический хайп. Уже тогда я понимал, что это не останется без внимания соответствующих органов. Ровно это и произошло: 6 или 7 января мы ехали в «Аэроэкспрессе» с адвокатом и читали новость про то, что Следственный комитет инициировал доследственную проверку нашей компании.

Мне адвокаты говорили: «Какие у тебя приоритеты — провести время в СИЗО или наблюдать за ситуацией со стороны?» Помочь в этой ситуации людям, у которых возникли проблемы не по нашей вине, я уже не мог. Против других наших сотрудников в явном виде ничего не предпринималось, и я решил понаблюдать со стороны — сдаться всегда успею.

Если бы я планировал украсть деньги, чтобы не быть виноватым, я бы всё сделал очень красиво. Украл бы не два миллиона долларов, как заявлялось, а миллионов 20. Превентивно обзавёлся бы паспортами Сент-Киттса или какой-нибудь прибалтийской страны, причём не на свои имена. Сидел бы на яхте, нюхал кокс и не парился — можно было бы ничего не делать, я был бы обеспечен до конца жизни. Но это не моя история: у меня даже в голове не было такого сценария.

Поэтому я купил у иностранной авиакомпании билет в европейский город и улетел наблюдать за ситуацией со стороны. На паспортном контроле был ужасный мандраж, но я его прошёл и улетел. В тот же день пришла новость о возбуждении уголовного дела против неустановленных сотрудников моей компании, и только потом началось гражданское судопроизводство. 

Даже если бы у меня были деньги, чтобы заплатить взятку, я бы принципиально её не дал. Не хочу платить уродам, чтобы они меня отмазали от того, чего я не делал. Если бы хотел — это была бы довольно странная пораженческая позиция.

В октябре меня объявили в федеральный розыск.

Федеральный розыск

Что означает федеральный розыск? Как минимум невозможность возвращения в Россию, нельзя продлить загранпаспорт, об официальной работе с русскими тоже нужно забыть. Есть база МВД, по которой проверяют не только в России, но и во всех сотрудничающих странах Таможенного Союза — Армении, Казахстане, Белоруссии. Въезжая в любую из них, проходишь контроль — и тебя принимают.

Но даже находясь в федеральном розыске, за пределами России можно путешествовать и жить в разных странах: органы между собой сотрудничают, но им нужно знать, где я нахожусь, чтобы меня достать.

Например, я в Таиланде — они могут направить туда запрос на экстрадицию. Если Таиланд это принимает, то мои данные попадают в систему, после чего меня могут не выпустить из страны, задержать и экстрадировать. А если они не знают, где ты, и точечные запросы не направляют, то можно спокойно путешествовать до тех пор, пока у тебя не закончится загранпаспорт или визы.

На момент объявления в федеральный розыск я как раз находился в Таиланде. Компания, в которой я работал, была достаточно большой — я существенным образом занимался продуктом и помогал Aviasales, мы дружим с её основателем. Но тогда у меня были основания полагать, что многие знают, где я и что я, и в моём уголовном деле это было написано, поэтому я решил перестраховаться и уехать оттуда.

Есть люди вроде Ашуркова или Невзлина, которые недосягаемы для российского правосудия: они находятся вне России и могут путешествовать. Если нет ордера Интерпола, всем остальным посрать на Россию: никто ничего не проверяет. Понятно, что довольно тупо для Следственного комитета было бы объявить меня в федеральный розыск и на этом этапе всё оставить, приостановив дело. А они ж работать тоже не хотят, ведь даже доказательств не было. Поэтому они отправили моё дело в Интерпол.

Моё уголовное дело вёл и ведёт Илья Новиков: тогда он был известен как знаток «Что? Где? Когда?» и как адвокат по уголовным делам, но громкие процессы вроде Надежды Савченко (и другие дела pro bono) у него ещё были впереди. Он умный чувак, мы с ним одного возраста, классно общаемся, и в какой-то момент он решил стать известным. Ему это очень хорошо удалось, и я считаю, что в деле Савченко он добился полного успеха.

Весной 2014 года, когда ещё было всё условно «хорошо», я уехал в Аргентину и там начал заниматься консалтингом. Можно, конечно, затаиться где-то и так всю жизнь и провести, но я человек публичный — это мой заработок. Я на виду — у меня клиенты.

Придумал адекватный ценник за свои услуги и заработал много денег, причём просто разговаривая языком, ничего не рисуя даже руками. Я всё же сделал лучший по многим показателям (например, по конверсии) сервис в стране. Почему бы не заработать на этом опыте. 

Потом безвизовый аргентинский период закончился: там дают три месяца, можно продлевать, но я не захотел. Поехал в Эквадор, потом на Карибы, затем в Европу — у меня был длинный шенген, с этим проблем не было.

Будь я с женой, с двумя детьми и с родителями, которые не могут самостоятельно передвигаться, понятно, я бы относился к жизни по-другому. Многие предприниматели, которые сейчас у нас сидят в стране по экономическим статьям — сколько их, 50 тысяч, 100 тысяч? — наверное, думали так: «У меня жена-семья, я же не могу всех собрать за два часа и куда-то улететь с одним чемоданом. Заключу сделку со следствием, дадут пять лет, выйду через два года по УДО и продолжу жить с чистой совестью». Я же воспринял эту ситуацию как возможность начать жизнь заново.

Новый паспорт

 После Аргентины я уехал в Париж, «повыписывал» к себе в гости разных друзей. Потом был Кипр, Германия, ещё какие-то страны. Я зарабатывал, но у меня начали заканчиваться визы и срок действия паспорта. Была возможность легально получить гражданство двух европейских стран, но меня в двух местах очень сильно прокинули на деньги. Этим вопросом в том числе занимались мои российские юристы, которые вели арбитраж, и мы ещё с ним повоюем.

Я оказался в очень ограниченных временных рамках. Принял решение, в какой стране я хочу оказаться, приехал, думая, что сделаю всё за месяц. В итоге всё сделал на полностью легальных основаниях совсем недавно — не буду конкретно называть где, но это Европа.

Конечно, не владею я полной информацией по тому, как именно ищут людей, потому что ей никто не владеет, кроме, пожалуй, самих сотрудников Интерпола. Но те знания, которые у меня есть, уже позволяют их монетизировать, и я даже планирую это делать.

Есть чёрный, серый и белый рынок паспортов. Белые способы стоят кучу денег — например, это всякие инвесторские визы в Великобританию или Испанию с возможностью получить гражданство через несколько лет. Но любые виды на жительство завязаны на твой российский загран.

Я консультировался с юристами в Германии: вид на жительство могут выдать только на срок действия паспорта. Для этого мне надо было пойти в посольство и продлить его, а будучи в федеральном розыске это не вариант.

Есть рынок личностей, в том числе краденых. В Венгрии, например, есть агентства, которые находят местного человека и делают всё на него. Есть внутренние ID, а есть заграны для путешествий за пределы Евросоюза. Когда человек приходит получать новый загран, все этапы он проходит лично, а на последнем этапе вместо него приходишь ты и сдаёшь уже свои отпечатки пальцев и сетчатку.

Понятно, что во Франции и Великобритании так сделать не получится, а в разных восточноевропейских странах типа Венгрии это сделать можно. И стоит это 50-70 тысяч евро. Это позволяет абсолютно легально жить в Лондоне или в любой стране ЕС. Для граждан ЕС Америка тоже будет безвизовая — в туристических целях, конечно.

Есть и совсем чёрный вариант: за тысячу евро можно сделать комплект болгарских документов, ID и права, которые не будут отличаться от настоящих. В прибалтийских странах такая же история, там это стоит 5-7 тысяч евро.

Но есть одна проблема: все новые документы — биометрические, и если их делать дистанционно и вчёрную, то никаких твоих данных внутри не будет. Для путешествий в Восточной Европе это прокатит, но если ты будешь въезжать в Великобританию, например, то они будут смотреть не напечатанную в паспорте фотку, а ту, которая заложена в чипе, и сравнивать её с твоим лицом. Если там ничего нет, то могут подумать, что паспорт сломан. А если там фотография другого человека?

Наверное, такие документы даже можно официально продлить, но я бы со своим текущим статусом так делать зассал. Если уже у России есть ко мне претензии, не хотелось бы, чтобы ко мне ещё до кучи появились претензии от стран ЕС. А это конкретно подделка документов, уголовное преступление — зачем?

Есть и другие варианты. Один знакомый моего знакомого сделал поддельный паспорт восточноевропейской страны и смог по нему полететь в Лондон. Прямо на границе он поднял руки вверх и сказал: «Меня преследуют, я хочу политического убежища». Его прям там задержали, подержали и выпустили, теперь он живёт в Лондоне по виду на жительство и ждёт рассмотрения дела о получении статуса беженца.

 

Живи там хорошо и никогда не возвращайся

Интерпол и федеральный розыск для меня могут оказаться историей на всю жизнь. Ситуация может измениться, пожалуй, только в случае смены власти в России, когда произойдёт глобальный пересмотр статей экономических преступлений и как минимум переквалификация мошеннических статей в предпринимательские.

Из уголовки в административку не переквалифицируют, но зато предпринимательские статьи не подразумевают меры пресечения в виде лишения свободы. Да и всякие амнистии периодически объявляют. С другой стороны, я для властей понятийно — скрывающийся от следствия, то есть злостный преступник, поэтому меня же надо обязательно посадить.

Меня все достали вопросами про срок давности. Срок давности работает тогда, когда ты совершил преступление в прошлом, а узнали об этом очень поздно и теперь думают, возбуждать или нет.

В моём случае дело было возбуждено сразу же, хотя момент совершения преступления даже не указан. Там в доказательство кражи денег приложены две платёжки на иностранные компании. Это оплата по услугам для моей компании — там суммы на несколько сотен тысяч долларов — а они считают, что это доказательство кражи. Там не то что сумма не бьётся — там вообще ничего не бьётся. СК изъяли все документы компании, но других доказательств у них нет. И не будет, потому что кражи не было.

Даже если бы с меня сняли все обвинения и больше не разыскивали, вряд ли бы я вернулся в Россию. Был бы не против туда ездить, но не хочу там жить, потому что теперь я знаю, как может быть. Опять-таки, вернулся бы, если бы сменилась власть. Моя политическая позиция абсолютно не приемлет того, что там происходит.

 

Новая жизнь

«В изгнании» скучаешь по тем вещам, которые многие даже не замечают. Например, у меня были банковские карточки не на моё имя: купил себе что-то и пишешь чуваку, мол, пришли мне код верификации 3DS. И неудобно это делать каждый раз.

Сейчас у меня уже всё своё. Буквально сегодня я пошёл в супермаркет, и мне говорят на кассе: «Хотите завести карточку бонусной программы?» — «Да, хочу». Заполнил анкету, не придумывая, как есть. Эти вещи греют: то, по чему я скучал три года, начинает возвращаться.

В какой-то мере это можно считать это потерей бдительности. У меня было два кошмарных момента. Первый — когда я в спешке уезжал из Таиланда. У меня там до сих пор лежит чемодан, в этом доме мой друг жил после моего отъезда. А потом смотришь фотки в Фейсбуке — а он в моих шмотках ходит. Ну а чё, у нас один размер.

Я тогда уехал в Париж, снял квартиру на Airbnb, накупил еды и бухла и на три дня заперся, смотрел сериалы и шарахался от каждого шороха. Хотя здравый смысл мне подсказывал, что меня никто там не найдёт.

Второй — когда попал в базу Интерпола. Я со всеми попереписывался, поныл в комментах и пошёл, оглядываясь, в супермаркет. Понятно, что я до сих пор использую кучу разных VPN, они у меня не повторяются, но в плане криптозащиты я разве что общался в секретных чатах Telegram и в мессенджере Threema. Старался не выдавать своё местоположение: отключил геолокацию в Фейсбуке, фотки публиковал не сразу, а только с большим опозданием.

Последнее время вообще перестал задумываться, что я в бегах. Если постоянно об этом думать, можно реально сойти с ума. Но зачем, когда жизнь продолжается?